слобода

Раскольничья слобода Мечетная переживала не лучшие времена. Царь Николай I проявил резкую нетерпимость по отношению к старообрядцам. Он видел «преступное вольномыслие» даже в религиозных течениях, сколько-нибудь отличающихся от государственного православия.

Вскоре после вступления на престол нового царя был назначен очередной саратовский губернатор князь Голицын. Он обрушился на местных старообрядцев целым рядом притеснений и репрессий. В первый свой объезд губернии князь побывал на Иргизе. Голицын добивался и в конце концов добился передачи Иргизских монастырей из удельного ведомства в казенное. Монастыри перешли в непосредственное ведение губернатора и полиции. Голицын угрозами, арестами отдельных староверов и другими полицейскими мерами пытался «обратить» в единоверие местных раскольников.

Во время одной из поездок губернатора в монастыри Голицын записал следующее: «В стекшемся народе из соседних удельных селений Мечетного и Криволучия приметен был дух к беспокойству и даже буйству». Скорее всего, именно к этому случаю относится одно местное предание о том, как мечетинские староверы, выведенные из себя губернаторскими притязаниями, гнались за Голицыным и едва не настигли его у Каменки, собираясь убить.

Вероятно, акция не была стихийной. Организаторы сумели заранее отвлечь от князя его охрану. Губернатора спасли только быстрые кони.

В 1829 году хитростью и обманом Голицыну удалось «обратить» в единоверие Нижне — Воскресенский монастырь, что находился у села Криволучье.

Секретный комитет по делам раскола, заседавший в Петербурге, принял решение о ликвидации всех иргизских старообрядческих монастырей, но в выборе способов оказались затруднения. Власти боялись крупных волнений.

В начале 1832 года министр внутренних дел командировал на Иргиз члена совета министерства Арсеньева, которому было поручено осмотреть здесь монастыри и представить свои соображения о мерах для их ликвидации. В то время в Саратове был губернатором Ф.Л. Переверзев, который составил проект учреждения в Заволжье трех новых уездных городов. Организация их диктовалась потребностями управления сильно возросшим населением саратовского Заволжья, колонизация которого усиленно продолжалась. Это требование вполне совпадало со специальными целями борьбы с расколом. Поэтому Арсеньев поддержал проект саратовского губернатора в Петербурге.

28 ноября 1834 года Арсеньев, докладывая о своей поездке на Иргиз, предлагал открыть новые уездные города в Заволжье. Новых переселенцев Арсеньев хотел размещать отдельными селами вдали от раскольников, открыть во всех новых уездных городах школы и запретить местным жителям отдавать детей в ученье по частным домам.

Всех жителей монастырей, не приписанных к ним, следовало выслать по первоначальному местожительству, женские монастыри упразднить.

Секретный комитет поддержал Арсеньева, но постановил прежде всего открыть новые города в Заволжье, а потом, опираясь на новую администрацию, постепенно провести остальные меры. Царь на этом постановлении наложил резолюцию: «Совершенно согласен, немедля приступить и действовать с особой осторожностью».

Вот так и было решено открыть на Иргизе новый город, преобразовать в него слободу Мечетную. Главнейшим мотивом этого явилось расположение слободы в гуще сел, состоявших из старообрядцев, между четырьмя старообрядческими монастырями, упорно не желавшими принять единоверие.
Слобода Мечетная была преобразована в город, названный Николаевском. Открытие нового города произошло в 1836 году. К этому времени со своего поста саратовский губернатор Переверзев был смещен из-за его либерального отношения к раскольникам. На его место был назначен А.П. Степанов, весьма ретивый администратор. При получении назначения Степанов явился к царю. Давая напутствие новому губернатору, Николай I указал на существовавшее гнездо раскола — иргизские монастыри и большое количество старообрядцев в Саратовской губернии.

— Ваше Величество, — заявил Степанов,- я их приведу к одному знаменователю!

— Без сильных мер, — улыбнулся царь. — Надо действовать осторожно и не раздражать.

Степанов лично приезжал на торжество открытия города Николаевска. Оно состоялось 9 мая ( 22 мая по новому стилю) 1836 года на праздник «вешнего Николы».

Торжество заключалось в том, что мечетинцы вышли на базарную площадь с своеобразным оркестром: они били в печные заслонки и ведра, выражая этим радость. Приехавшее начальство приказало выставить бочку с водкой для бесплатного угощения новых горожан.

Началось повальное пьянство. Веселое гульбище закончилось ночью при свете самодельного фейерверка. Высоко в небо взметнулись огни из зажженных смоляных кадок, расставленных по единственной тогда улице нового города (теперь это улица К. Маркса).

Ко времени преобразования слободы в город число жителей в ней не достигало и полутора тысяч человек. Более четвертой части населения вновь открытого города записалось в купцы, тем самым мечетинцы приобретали некоторые льготы и права, которыми пользовались купцы в крепостной России: они освобождалась от рекрутской повинности и подушной подати, не подлежали телесным наказаниям, руководили делами в городском самоуправлении.

Жителям трудно было привыкать к городским порядкам. Размеры повинностей не сразу определялись, наехавшие в город власти оказались строги и повелительны. Были введены новые правила, которые и сейчас кажутся разумными. “Детей малолетних к реке, колодцам и на улицу не пускать, хороводами по деревенскому обычаю не собираться, по ночам песен не петь, скот на улицу не выпускать”, и много чего еще было “нельзя”.

Материал подготовлен по архивам краеведа А. К. ЖУРАВЛЕВА

Вам на заметку:

Интересует катанка металлопрокат цены? По указанной ссылке вы найдете не только прайс лист, но и интересные предложения, касающиеся доставки и скидок.