Население слободы Мечетной и соседних скитов и сел не принимало участие в Пугачевском восстании 1773 года. Тем не менее, Иргиз всегда привлекал к себе внимание царских карателей. После ареста Пугачева в декабре 1772 года на Иргиз была послана воинская команда для ловли беглых. Эта команда выловила 44 беглеца. После второго появления Пугачева на Иргизе «крестьянин слободы Мечетной Семен Филиппов, — как пишет Г.Р. Державин,- явился в Малыковку (ныне г. Вольск) и объявил, что около слободы Мечетной в раскольничьем монастыре скрывается человек, который называет себя императором Петром III». За этим последовала посылка новых команд. Люди стали разбегаться с Иргиза. Игумен Филарет тоже бежал, но был пойман и сидел в застенках казанской секретной комиссии до взятия Казани Пугачевым. Вместе с другими узниками он был освобожден Пугачевым и награжден. После этого Филарету удалось скрыться. Сбежал ли он сам по доброй воле или это был наказ «народного царя» — никто не знает. «Серый кардинал» мятежа исчез, растворился в бунтующей России.
Многие, особенно из числа беглых, ушли с Иргиза под знамена Пугачева. Среди них были и староверы из иргизских скитов. Например, в яицком городке (Уральске) при дворе «царицы» Устиньи жил беглый с Иргиза раскольничий старец Гурий. В правительственных кругах имелась твердая уверенность, что Пугачев «по сокрушении его… толпы и по рассеянии ее… в случае побегу искать спасения вознамерится на Иргизе — Узене в тамошних мурчугах или у раскольников».
В марте 1774 года гвардейский офицер Г. Р. Державин был послан на Иргиз с поручением арестовать Пугачева. Будущий поэт завел здесь осведомителей. Однако усилия Державина были напрасны: ему не удалось заманить в расставленные сети ни самого Пугачева, ни Филарета, ни кого-либо из важнейших соратников «народного царя». Записки Державина той поры и его переписка являются важнейшими источниками сведений о местных событиях во время крестьянской войны 1773-1774 годов.
Местные жители, хотя и не участвовали в боевых действиях, оказывали существенную помощь восставшим, доставляли им продовольствие.
Пугачев, разбитый Михельсоном ниже Царицына, переправился через Волгу и устремился степью на Яик. С ним осталась небольшая группа людей. Среди них вскоре началось разложение. Свою жизнь они хотели спасти головой Емельяна Пугачева. На реке Большой Узень в районе Александрова Гая Пугачев был предательски схвачен, доставлен в яицкий городок, а оттуда отправлен в Москву в особой клетке под сильным конвоем во главе с самим А.В. Суворовым.
Везли Пугачева нашей степью по сызранской дороге. Иргиз конвой пересек в селе Мосты.
Правительство жестоко расправилось с населением районов, которые были охвачены восстанием. Репрессии не миновали и Иргиз. Вот что писала царица графу П.И. Панину, командовавшему войсками по усмирению крестьян:
«Хотя и усматриваю, что по реке Иргизу ныне малая часть поселенцев осталась, но не менее подлежит сие место бдению, дабы сие гнездо держать в узде».
Правительство приняло ряд мер. При проведении губернской реформы было учреждено Саратовское наместничество (позднее — губерния), в которое вошел и Иргиз. Малыковку из волостного села преобразовали в город Волгск (Вольск). В составе Волгской округи (уезда) была выделена иргизская Таволжанская волость, в которую вошла и слобода Мечетная вместе с окружающими ее старообрядческими скитами. При проведении удельной реформы, когда дворцовые крестьяне были приписаны к удельному ведомству, в Мечетной слободе был учрежден Удельный Приказ. Отныне новоселы становились здесь удельными крестьянами. Вот так и была накинута на вольный Иргиз узда.

Материал подготовлен по архивам краеведа А. ЖУРАВЛЕВА