hhh

С 1874 года место председателя Николаевской уездной управы занимал предводитель дворянства М. М. Теняков. В 1881 году он был смещен с должности за казнокрадство. К этому моменту М.М. Теняков успел пропить и проиграть в карты два имения: свое и жены. Вместо отлученного от управления казнокрада и пропойцы 3 октября 1881 года председателем управы был избран Алексей Аполлонович Бостром, будущий отчим А.Н. Толстого, один из либеральных помещиков уезда.

Остались некоторые документы, характеризующие прогрессивность молодого земца. Например, А.А. Бостром резко высказывался против жульнических махинаций отдельных членов управы, грабивших уездную казну. На XVII очередном земском собрании было подано “особое мнение”, подписанное Бостромом, где говорилось: “Усматривая в счетоводстве управы за 1879 год ряд подлогов и злоупотреблений, а действия членов управы признавая незаконными, мы просим … передать дело на рассмотрение губернского земского собрания”.

Дело получило ход, и четыре бывших члена управы и писец были отдалены под суд. Молодой председатель земской управы оказался весьма энергичным деятелем. Он навел порядок в дорожно — мостовом хозяйстве уезда, заботился о лучшей постановке школьного и медицинского дела, улучшил судоходство на Большом Иргизе. Уездная управа с А. А. Бостромом во главе в 1883 году закупила хлеба для продовольственной и семенной ссуды крестьянам на сумму в три раза больше, чем в 1880 году, а накладных расходов при этом произвела в четыре раза меньше.

Есть и другие факты, показывающие скрупулезную честность Алексея Аполлоновича. Являясь членом дорожной комиссии уездного земства, А.А. Бостром в 1881 году объехал все мосты, очень придирчиво осмотрел качество их ремонта. На одном из очередных собраний было доложено, что А.А. Бостром во время поездки не пользовался открытым билетом для бесплатного взимания лошадей. А когда ему земцы решили заплатить, то глава управы отказался от оплаты с тем, чтобы на эти деньги устроить в виде опыта одну передвижную школу. Надо сказать, что деятели местного управления даже не знали, что такое “передвижная школа”. А.А. Бостром объяснил, что передвижная школа состоит из учителя с учебными пособиями. Учитель в зимнее время переезжает из одной мелкой деревни в другую. Консервативные земцы ошарашили либерала: “Советую господину А.А. Бострому не заниматься бирюльками, а лучше положить деньги в карман”, — сказал один. А другой добавил: “Это может идти в Швеции, но не у нас”. (А.А. Бостром был родом из обрусевших шведов).

И все-таки отчим писателя добился открытия в виде опыта передвижной школы в деревушках Колокольцевской волости.

Против А.А. Бострома, который для казнокрадов был, как кость в горле, выступила группа дельцов, возглавляемая предводителем местного дворянства Акимовым. 18 октября 1883 года на выборах А.А. Бостром был забаллотирован.

Лишившись должности, А.А. Бостром вместе с семьей поселился в своей усадьбе на хуторе Сосновка при реке Чагре.

В этом месте и прошло детство будущего писателя графа А.Н. Толстого. До 16 лет он не знал, что Алексей Аполлонович не его родной отец. В очерке “о себе” А.Н. Толстой писал о том времени: “Я рос с матерью и с отчимом в разоряющейся усадьбе в степях Самарской губернии. Отчим считался красным в уезде, в 90-х годах он сделался (это было неисповедимо, это могло быть только в России) помещиком — марксистом, и, конечно, вылетел в трубу”.

В книге “1905 год в Самарском крае” мы находим такое интересное упоминание о А.А. Бостроме. “В квартире А.А. Бострома в конце лета 1905 года строго конспиративно заседала поволжская социал-демократическая конференция, в которой принимали участие представители Уфы, Казани, Саратова, Пензы и др.”.

Писатель хорошо относился к отчиму. На своей фотографии, посланной из Санкт — Петербурга в 1910 году, Алексей Николаевич сделал такую надпись: «Милому папе, в память всего хорошего, что было между нами, и для такого же будущего. Гр. Алексей Н. Толстой».

А.А. Бостром изредка посещал Николаевск. Среди документов семейного архива писателя было найдено письмо А.А. Бострома из Николаевска от 30 июля 1897 года, в котором он сообщает Толстому: “наша бывшая квартира, где ты родился, сгорела”.

Алексей Аполлонович был слишком мягок характером, слишком честен, чтобы преуспевать на ниве предпринимательства. Он был чересчур искренним либералом (помещиком – марксистом), чтобы добиться успеха даже среди своих же сотоварищей — земцев.

Вот что писал о А.А. Бостроме в своей книге «Шумное захолустье» Ю. М. Oклянский. «В 1915 году стареющий красавец – либерал вызывал жалость — очень уж он был не приспособлен к жизни. Часто конфликтовал с начальством (чуть ли не с самим губернатором). Дом, в котором жил, уже перезаложен. Домовладелец сам колол дрова и перекладывал печи. Скудных доходов старику — вдовцу и приемной дочери Шуре еле хватало, чтобы свести концы с концами. Изредка А. А Бостром получал письма и другую корреспонденцию с воинскими штемпелями — от своего приемного сына с фронта. Алексей Толстой был уже известным писателем. Доводилось читать его военные статьи и очерки тогда в «Русских ведомостях».

После революции 1917 года Алексей Николаевич уехал за границу. Его отчим и бывший глава Николаевской земской управы Алексей Аполлонович Бостром стал сторожем яблоневых садов за Самарой. Жил в сторожке. В Самаре он появлялся редко. С бородой чуть не до пояса и длинной домотканой рубахе с палкой в руках. Умер он в голодном 1921 году в больнице от воспаления легких.

Время не сохранило для нас ни хутора Сосновки, ни помещичьей усадьбы А. А. Бострома.

Материал подготовлен по архивам А.К. Журавлева

Вам на заметку:

Всем тем, кто собирается на юг нашей страны на общественном транспорте возможно понадобится прокат машин в Ростове-на-Дону, в таком случае всю необходимую информацию вы найдете по указанной ссылке. Там же вы найдете широкий выбор автомобилей, их стоимость и необходимые условия для аренды.