Мария Фёдоровна Терентьева проработала учителем русского языка и литературы в ШРМ при ИК 49 лет и ни разу об этом не пожалела, хотя учителю в спецучреждении нужно гораздо больше терпения, такта и педагогической мудрости, чем в обычной школе. Учащиеся – люди подневольные, никому не верят, греховны. Некоторые идут в церковь, некоторые – в школу. Они ищут не забвения, они ищут истину. Впрочем, пусть Мария Федоровна сама расскажет о своих наблюдениях.

Освободился, снова совершил преступление, водворен на прежнее место с новым сроком наказания. Выйдя на свободу, человек оказывается в непривычной ситуации, когда еще вчера все было нельзя, а теперь все стало можно. Как выразился один из моих учеников, “башню у многих сносит начисто”. По сути освобождение — это то же обучение плаванию по-деревенски: бросили с обрыва в омут — плыви, если жить хочешь. Только в деревне за тобой присматривает родня, подхватят, спасут. А зэк никому не интересен —барахтайся без подстраховки. Возникает ситуация, когда сама система порождает рецидив. Разговоров о реформировании ведется много, но пока проблема не решается.

Мне всех жалко. Я сама росла в трудные военные годы. Мать, неграмотная крестьянка из Ново-Захаркина, отец — тракторист. Помню, отец был весёлый и всех нас любил. В 1941 ушёл на фронт, а в 1942 мать получила похоронку и осталась одна с нами троими. Но всем дала высшее образование. При всей суровости моего детства я чувствую себя счастливей своих учеников. Я ощутила любовь родителей. А что видели они? Дворовую компанию? Отсюда простота нравов и убеждение, что все страсти в книгах — выдумка писателей. Большинство моих учеников пришло в колонию из неполных семей, где нет благородства, высоких идеалов, преданности. Поэтому произведения о высоком чувстве для многих — сказка. Но видели бы вы, как они слушают о любви! Слова мои не проходят мимо. Не все сразу, но, как говорится, капля камень точит, а искусство само воспитывает.

Души учеников — благодатная почва, они все воспринимают, принимают, впитывают в себя. Вижу, начинают чаще ходить в библиотеку, брать как учебную, так и художественную литературу. С удовольствием участвуют в праздниках, импровизированных музыкально-литературных композициях.

Особое внимание на уроках литературы у моих учеников вызывают биографии писателей, поэтов. Вот Тютчев. Начала с биографии: старинный дворянский род, служили России с XIV века, были воинами и дипломатами… Слушают явно из вежливости — ну, они служили, а мы тут сидим, и что из этого? Но когда я заговорила о трагической любви поэта к Елене Денисьевой, о том, как он страдал, сознавая, что эта любовь делает несчастной и его жену, и полюбившую его девушку, потребовали рассказать, как отреагировала жена, явно прикидывая на знакомые житейские ситуации… Узнав, что не била ни морду, ни посуду, что поняла счастье и трагедию мужа, притихли, что-то обдумывая. Я им: “По вере и по делам твоим воздается тебе”. Это уже Евангелие. Вы сами свою жизнь строите, нужно только суметь, и все у вас будет: и любовь, и друзья, нужно только оставаться самим собой.

Они осуждены, и наше дело — не напоминать им об этом, а повернуть их взгляды на будущее, показать им, что есть другая жизнь.

Я всегда была искренна со своими учениками. Думаю, они платили мне тем же. Был хороший педагогический коллектив. Рядом со мной трудились В.С. Лапшин, Н.В. Назарова, Г.Г. Ананьева, В.В. Одиноков, А.Е. Меркушов и многие другие. Их знания возвращали людям достоинство.

На снимке: М.Ф.Терентьева перед уроком в ШРМ

Вам на заметку:

Хотите удивить своих родных и близких вкусно приготовленным блюдом? Рецепт селедка под шубой грамотно составленный и сбалансированный профессиональными поварами не оставит равнодушным никого.