Абуталибу Хасьяновичу Шабаеву  никто не даёт его восьмидесяти  лет. Он подвижен и хлопотлив, ни минуты не может без дела, много ходит пешком.  До сих пор ездит сам за рулём автомобиля, зимой чистит снег, даже с крыши, чем вызывает возмущение  детей. На все претензии отвечает: «Так с детства заправлен».

Шабаев

А детство у него и впрямь было рабочее. До войны он себя почти не помнит. Помнит только, что отец работал заготовителем в заготконторе, семья голода не знала, как другие, но и особого достатка  тоже не было. На фронт отца не взяли, по возрасту не подходил, а вот на  строительные работы ушёл, когда немец к Волге подходить стал. Укрепляли мост через Иргиз, строили обходную дорогу Саратов-Самара на случай, если разбомбят Саратовский мост, звук немецких самолётов, бывало, пугал и пугачёвцев. Так всю войну и проработал на железной дороге. Получил тяжёлую  травму ноги, так что после войны работник из него был плохой. Мать и старшие сёстры  вместе со всеми в военное время  работали на окопах, потом старшая сестра вышла замуж за лётчика, вторая стала портнихой.  Абуталиб с младшим братом были на попечении  третьей сестры, а чаще пропадали  на улице.  С 12 лет мальчишка уже  работал на железной дороге – шпалы таскал наравне со взрослыми. Домой приходил чёрный от мазута, голодный. Школу пришлось бросить, тогда многие ребята после пятого класса шли работать. В 17 лет появилась у него первая запись в трудовой книжке: «Путевой рабочий ремонтной колонны». В 18 лет получил права на машину в ДОСААФе, ушёл слесарем автоколонны 126, потом пошёл на стройку нового элеватора, там работал уже водителем. С тех пор с автомобилем не расставался. Служить призвали в  инженерные войска Уральского военного округа,  возил командира батальона.  Человеком он был организованным, аккуратным, ответственным, по службе имел одни благодарности.

Демобилизовавшись, летом 1960 года устроился водителем в автоколонну 74. Было ему 23 года, парень видный, многие девушки на него поглядывали, а он всё чаще останавливал взгляд на девчонке со своего квартала – Равзе. Раньше и внимания на неё не обращал, она на четыре года младше была. А сейчас расцвела, глаз не отвести. Семью её Абуталиб знал хорошо. Отец девушки  на войне пропал без вести, матери  приходилось трудно, дочь она держала в строгости, даже в кино с парнем не отпускала, только в сопровождении двоюродного брата. Да и некогда Абуталибу гулять было –  с работы приходил поздно. Три месяца коротких встреч окончились сватовством и женитьбой. Полтора года молодые пожили с родителями, а потом купили землянку, на месте которой со временем построили кирпичный дом. Появились дети – два сына и дочь. Дом и их воспитание – на супруге, а отец семейства зарабатывал на пропитание, привычно крутя баранку. Дети подросли — Равза устроилась в детский сад № 6 нянечкой, потом стала поваром.

Автоколонна поменяла за это время свой номер на 1180, а потом превратилась в АТП.  Абуталибу дали  «Волгу», два года он возил директора треста совхозов А.И. Шарого. Потом перевели в Управление сельского хозяйства водителем начальника управления. Шли семидесятые годы, самый расцвет колхозов и совхозов. Время бурное и хлопотливое. Целыми днями колесили по хозяйствам с проверками, без выходных и праздников. В 1979 году  Шабаев стал возить  секретаря райкома партии А.В.Фёдорова. Надо сказать, что личный водитель руководителя – это высокая ответственность и степень доверия,   надёжности. Шабаевым провели домашний телефон, ведь приходилось выезжать и в три часа ночи, и на внезапные вызовы, были и ЧП, пожары например, на которые Фёдоров выезжал всегда сам. Он встречался с доярками, механизаторами, в посевную обязательно проверял, как кормят в столовых, был строг и принципиален, разгильдяев не терпел.

Абуталиб Хасьянович в дороге был хорошим собеседником, мог поддержать разговор на любые темы, но сам на разговор никогда не напрашивался, был в курсе всех дел, но осведомлённостью ни перед кем не хвастал. Автомобиль всегда был в порядке, готов к выезду, в дороге не ломался. Когда ликвидировали райком партии, Шабаева автоматически перевели в районную администрацию, там проработал до пенсии. Он был надёжным человеком, которому можно поручить любое дело, доверить серьёзные документы. Возил и чиновников, и передовиков района, и иностранцев – гостей из Чехословакии и китайцев, пытавшихся оформить аренду. Ни разу за 47 лет работы водителем на него не  пришло ни одного протокола из ГАИ, на его счету ни одного ДТП, но давалось это непросто. Редкий отдых, постоянное напряжение физических и душевных сил привели  в 1986 г. к инфаркту, но от инвалидности он отказался, зная свой неугомонный характер, обещал лишь работать без перегрузок. В 1997 году оформил пенсию, выработав стаж  42 года, но  его просили остаться, проработал ещё 5 лет.

На пенсии стал часто ходить в мечеть, намазы не пропускает, арабскую грамоту освоил вместе с женой. Пост соблюдал всегда, смолоду, Равза Мутылловна в дорогу мужу давала термос с чаем и изюм – это всё, что он мог себе позволить. Мусульманское сообщество ему благодарно за то, что, бывая в Саратове по работе, он заодно оформлял и документы на мечеть, когда под неё отдали бывший клуб. Бывало, выступал ходоком от татарского посёлка в администрации, защищая общие интересы. С его подачи многие вопросы решались намного быстрее, а проблем в посёлке много, кто-то должен ими заниматься.  Он уверен, что мечеть – центр культуры и воспитания молодёжи, там она получает основы нравственности, там проповедуются  семейные ценности.

 Шабаевы рады, что дети живут в Пугачёве, а дочь совсем рядом – в соседях. Дня не проходит, чтобы не увиделись. Румие дали дачу в Заречном, 12 соток, вот там старики и «отдыхали», выйдя на пенсию, — свежий воздух, пение птиц и грядки на две семьи. И сейчас это любимое местопребывание летом, но уже только на подхвате у молодёжи. Дочь с зятем не позволяют напрягаться. У них трое  успешных внуков и внучка-студентка, два правнука и правнучка, которые ждут — не дождутся лета – поездки к бабушке и дедушке. А дед довольно улыбается: «Ничего, Бог здоровья даёт, правнуков вырастим, женим, праправнуков дождёмся…»
Л. Шепелева