Прогноз погоды


Наш опрос

Как вы относитесь к идее переименования Пугачева в Николаевск?

  • Отрицательно (50%, 6 Голосов)
  • Мне все равно (25%, 3 Голосов)
  • Положительно (25%, 3 Голосов)
  • Затрудняюсь ответить (0%, 0 Голосов)

Всего проголосовало 12

Загрузка ... Загрузка ...



Панель входа



Архив газеты



Фотогалерея

А. А. Шмидт, владелец магазина Воскресенский собор г. Николаевска, 1914 г Молебен перед отправкой на фронт 1914 год П. Лебедев. Девчата В.А. Мясников. Морской бой.Копия. Г.А. Богословский Волжская даль



Обреченные на выживание

  Общество               Сен.01.2016     

Ежегодно в стране исчезают тысячи населённых пунктов, неуклонно сокращается население. Шесть лет назад Россия официально лишилась более трех тысяч малых городов, посёлков, деревень, хуторов. Эксперты говорят, что государство не намерено вмешиваться в происходящее.

Малетин 2

Все это следствие модели экономической деградации. Власть взяла курс на сокращение социальных расходов на селе. Закрываются и объединяются школы и больницы, люди теряют последние возможности для существования.
Возле центра реабилитации «Пугачевский» есть развилка двух дорог. Одна ведет в центр реабилитации, а вторая, огибая его, минуя кладбище и поля, ведет к поселку с красивым названием Садовый. Хотя местные жители, в большинстве своем, по привычке именуют поселок просто Махоркой. Пугачевский табачный совхоз был организован в 1932 году. Когда непрестижный табак сняли с производства и ликвидировали совхоз, жители занялись возделыванием хлеба, кормов и развитием животноводства. Садовый жил, благоустраивался уже как отделение совхоза «Пугачевский». Потом начались реформы. Районные власти о поселке забыли. Они сосредоточились на пансионате, по поводу и без повода посещали обустроенные апартаменты. Сегодня Садовый дичает. Еще несколько лет назад здесь жили более ста человек. Сегодня чуть больше пятидесяти, основная масса которых пенсионеры. В поселке пять двухэтажных 16-квартирных домов. Правда, жилым из них можно назвать лишь один – кирпичный дом. Остальные блочные серые двухэтажки заселены только частично. Жители уезжают из поселка в поисках лучшей жизни. Квартиры не продают, потому что их никто не покупает. Так и стоят дома, печально глядя на бывшие совхозные поля пустыми окнами, из которых местные мародеры вытащили рамы. Из всех удобств в домах только газ, да и то — не у всех. Некоторые по старинке отапливают свое жилье дровами. Школу закрыли десять лет назад. Немногочисленную детвору возит в школу в Давыдовку «Газель». Нет в селе ни почты, ни фельдшерско-акушерского пункта. В прошлом году власти засуетились, даже место для строительства ФАПа обозначили и расчистили – напротив магазина. Но дальше этого дело не пошло. Последним вкладом в благополучие жителей поселка стало закрытие ПАТП и прекращение пассажирского сообщения с городом. С наступлением темноты поселок Садовый погружается во мрак. Тускло светит единственный фонарь на магазине. В конце единственной улицы чернеет лес.
За центром реабилитации в сторону города расположен поселок Краснореченский. Тут тоже живут люди. Из-за своей малочисленности они не могут попасть в программу газификации. Топят дома дровами и углем. На то, чтобы провести газ, нужно четыре миллиона. Разделим сумму на количество жителей (их здесь тоже не больше пятидесяти человек) и получим неподъемную сумму. Здесь, в отличие от Садового, нет даже торговой точки. Воду жители Краснореченского берут из колодцев и скважин. Воды в реке Калач в последние годы совсем нет. В самом глубоком месте — по колено. В паводок поселки за Иргизом становятся на пару недель отрезанными от города. Тогда тут жить вообще худо.
Вспоминаю, как четыре года назад, в паводок, поселок Заречный был отрезан от города разлившейся рекой и сидел без хлеба, потому что не было никакой возможности доставить его жителям. Я отправился в районную администрацию за помощью и поддержкой. Просидев, как положено, полчаса в приемной, я был допущен к тогдашнему заместителю главы С.А. Дерябину. Мои разговоры о катере, хлебе и жителях на «острове» чиновник выслушал молча. Потом сказал, что идет ледоход, ни о каком катере речи быть не может, а население испечет себе хлеб самостоятельно.
— Да там же одни пенсионеры!
Дерябин стал куда — то звонить:
— Приперся тут один…
Я понял, что пора уходить. Вопрос для чиновника мелкий. А в Заречном люди пускай выживают, как могут.
Когда к власти в районе пришли новые люди, хотелось верить, что они будут человечнее и добрее. Не такими равнодушными, как их забронзовевшие предшественники. Но как показало время – ничего не изменилось.
Поселки за Иргизом продолжают медленно умирать. Власть даже не пытается что-либо предпринять для их спасения. Жители превращены в нищих и находятся в состоянии полного отчаяния. Скоро выборы. Для кого-то это элемент политической игры. Но не для меня. Садовый, Заречный, Краснореченское –моя малая Родина. Я здесь вырос. Я люблю эти места. Они для меня словно общий большой дом, дом, где царят любовь и уважение, где нет зависти и злобы. Я иду на выборы, чтобы каждая улица этих поселков была уникальной, чтобы каждый дом был очагом счастья, чтобы старики чувствовали заботу и каждый житель с радостью говорил о своей земле и гордился тем, что живет здесь.

Д. Малетин
Оплачено из избирательного фонда кандидата в депутаты Совета муниципального образования
г. Пугачева четвертого созыва по Пугачевскому одномандатному избирательному округу №8
Малетина Дениса Романовича 29 августа 2016 года


Добавить комментарий