По уровню мужской смертности Россия обогнала не только страны ЕС, но и ближайших соседей. Известно, например, что белорусские мужчины живут дольше российских. Есть ли свет в конце туннеля?

gj

Опубликована статистика мужской смертности в возрасте до 65 лет в странах Европы. В европейских государствах такая смертность называется ранней. У нас же до этого возраста не доживает почти половина мужчин — 43%. Для сравнения: в странах ЕС средний показатель — 11%.

В итоге Россия заняла «почетное» 1-е место, обогнав даже соседей, где жизнь ничуть не лучше, — Украину (40%), Белоруссию (40%) и Молдавию (37%). Далее идут Литва, Грузия, Азербайджан, Болгария, Венгрия, Румыния, Армения и Эстония.

Чиновники в РФ не преминули высказаться по поводу неприятной статистики. В мужской смертности они обвинили «тяжелую экономическую ситуацию 90-х», а также поспешили заверить, что сегодня, дескать, после трех лет кризиса ситуация выправляется, а значит, продолжительность жизни начнет расти.

В чем истинные причины мужской смертности и будет ли российский мужик жить дольше? «Мир Новостей» обратился за разъяснениями к руководителю Института демографии, миграции и регионального развития Юрию Крупнову. Он, как выяснилось, оптимизма российских чиновников не разделяет: «Феномен сверхвысокой мужской смертности идет еще из позднего СССР — тогда смертность мужчин в репродуктивном возрасте в три раза превышала европейские показатели, сегодня — и вовсе в шесть раз. Причем пик мужской смертности приходится на самые активные годы — 25-45 лет».

В этом возрасте каждый пятый (из числа погибших) умирает от наркотиков, каждый третий — от алкоголизма, очень многие становятся жертвами несчастных случаев. Но и здесь речь чаще всего идет о состоянии алкогольного опьянения. Так, из числа утонувших 60% были пьяными. Нежелание российских мужчин жить — феномен чудовищный, считает Крупнов: «Истинная причина лежит намного глубже, чем банальный алкоголизм. Причина — в экономическом устройстве, у нас в социуме мужчины не могут полноценно зарабатывать и содержать семью».

Демограф напоминает: в каждой третьей российской семье жена зарабатывает больше мужа: «У нас не Европа, где это нормально. У нас традиционный уклад — муж должен зарабатывать, кормить жену, детей, построить дом. Но реалии таковы, что мужчина, если и хочет заработать больше, то возможностей для этого имеет очень мало».
Женщины, хоть и бедные, как-то держатся, а мужик впадает в депрессию, и жизнь становится ему не мила. На Украине и в Молдавии ситуация не лучше, но там у населения, что называется, меньше претензий. У нас же запросы выше, а возможностей для самореализации — минимум.

«Что же касается роста продолжительности жизни, о котором говорит нам Минздрав, то это лукавый показатель, — комментирует Юрий Крупнов. — Здесь речь идет об улучшении показателей по младенческой смертности. К тому же само население у нас помолодело. Вот вам и «рост продолжительности жизни». А по факту саму катастрофу мы не ликвидировали. В тучные годы ситуация чуть-чуть стала лучше. Теперь впереди долгие годы экономической стагнации, а значит, роста жизни ждать не приходится».

Спасение, по словам демографа, «в экономическом рывке, слезами и психотерапией здесь ничего не сделаешь». Вот только рывком в экономике, похоже, и не пахнет.

Аделаида Сигида, www.dal.by