В результате скрытого саботажа многие проекты, намеченные к реализации на территории Саратовской области, остались нереализованными из-за того, что профильные министерства вовремя не подготовили проектно-сметную документацию, либо не подали заявку на включение объекта в федеральное финансирование. Муниципальные власти, то до сих пор не провели конкурсы на ремонтно-строительные дорожные работы, в результате пропущен целый летний месяц, а выделенные средства – зависли. Примеры потери управляемости наблюдаются на всех уровнях власти – от губернатора до главы какого-нибудь МО.

3456

При этом губернатора, мэра Саратова, некоторых зампредов, министров и глав муниципалитетов слегка распекают, упрекают, но не наказывают. Возьмем какое-то министерство, руководитель которого  не сумел организовать подготовку проектно-сметной документации, либо не подал заявку на включение объекта в федеральное финансирование. Что это значит? Это значит, что руководитель не справляется со своими обязанностями. Это значит, что его следует послать куда подальше, причем, не путем написания “заявления по собственному желанию”, а путем объявления ему полного служебного несоответствия с подобающей такому случаю записью в трудовой книжке.

Ничего подобного не происходит. Например, за грубейшие нарушения кодекса государственного служащего, за конфликт интересов, за нарушение исполнительской дисциплины в самом худшем случае используется наказание в виде все той же формулировки – “уволить по собственному желанию”.

Так, например, из правительства Радаева были уволены бывший министр внутренней политики Елена Щербакова – осужденная судом за превышение полномочий, бывший руководитель аппарата губернатора Олеся Горячева за конфликт интересов, бывший министр дорожного хозяйства Николай Чуриков  тоже за конфликт интересов и многие, многие другие.

Сегодня среди политологов бытует версия о том, что в результате жесткой антикоррупционной политики, которую проводит федеральный центр, система управления на местах попросту парализована. Дескать, чиновники боятся предпринимать какие-либо действия, полагая, что их могут взять под белы рученьки и отвести куда следует. Однако, если бы это было так, что чиновники не осмеливались бы покушаться на народные деньги, через различного рода схемы.

Они, к примеру, боятся вовремя подать проектно-сметную документацию, но не боятся выбить дорожный подряд фирме, которой руководит любимая дочурка, или способствовать  организации госзакупок через предприятие, которым руководит любимый муж. 

Следствием потери управляемости стал самый банальный саботаж. Если чиновник знает, что в случае неисполнения поставленной перед ним задачи, его в лучшем случае пожурит спикер ГД, а в худшем – уволят “по собственному желанию”, чего же ему опасаться?

С утратой политического иммунитета и управляемости, произошла  утрата самого понимания того, как должна функционировать экономика, а регулярно поступающие из федерального центра транши и дотации вовсе развратили органы власти, которые перестали предпринимать какие-либо попытки что-то заработать самостоятельно.

Поэтому надо наказывать не только нерадивых исполнителей, но и их нетребовательных руководителей.

П. Красильников, vremenynet.ru
Печатается в сокращении.