В гостях у «Пугачевского времени» исполнительный директор КФХ Исмакова Н.А., председатель Пугачевского отделения национально – культурного центра «Автономия казахов Поволжья» Валерий Сахалькериевич Исмаков.

7654
В. Исмаков

– Валерий Сахалькериевич, Вы долгое время работали агрономом, занимали другие должности, но в итоге стали фермером. Ка Вы пришли к самостоятельному делу?

– Я приехал в село Припольное в 1988 году после окончания сельскохозяйственного института, на пятое отделение существовавшего тогда Чапаевского совхоза. В селе не было ни газа, ни водопровода и около ста пятидесяти жителей. Сам я родился и вырос в селе Александровка Советского района, но там после получения диплома работы не нашлось. На последнем курсе института у меня уже была семья. До окончания ВУЗа мы часто ездили на родину жены Надежды в Припольное. Руководителем совхоза тогда был Н. И. Власенко. Он принял нас с распростертыми объятиями. Сразу получили жилье и должности: я – агронома, жена – фельдшера. В 1992 году стал управляющим отделения. Работа хоть и шла, но совхоз разваливался, стали отделяться фермеры. Возможно, я бы начал свое дело тогда, но мне предложили возглавить государственное сельхозпредприятие в селе Тамбовском. Оно было ориентировано на выращивание зерна. Когда я принял дела, на предприятии висело пять миллионов долгов. Коллектив – несколько человек, которые, как я полагаю, остались от безысходности. Пять лет я бился над погашением долгов и возрождением хозяйства. Тогда, если помните,  шла ревностная капитализация всего и вся. В конце концов, предприятие как госструктура было ликвидировано. Нужно было решать, как жить дальше. Вот я и взял в аренду 200 гектаров земли недалеко от Припольного, обработал, посеял озимую пшеницу. С этого все началось.

– Из негативного опыта тоже можно извлечь пользу. С вами такое случалось?

– Не без этого. Взять ту же работу в Тамбовском. Здесь я учился отстаивать интересы коллектива, учился искать выгоду там, где, казалось, ее быть не может. Ну, а вообще, в сельском хозяйстве только и делаешь, что учишься на ошибках. Здесь и уход за культурами, и новые технологии, о которых пять лет назад, и слышать не слышал. Думаю, чтобы меньше ошибаться, каждый человек должен заниматься делом, о котором имеет не отдаленное представление, а базовые знания, к которому лежит душа. Тогда все будет получаться.

 – Одним из стимулов движения вперед для человека является чувство неудовлетворенности.  Он начинает задавать себе вопросы, искать ответы что можно и нужно сделать, чтобы жизнь стала лучше. Вы согласны с этим?

– Человеку полезно быть постоянно чем-то неудовлетворенным, чтобы иметь достаточную мотивацию для стремления к большему и лучшему. Другое дело, что неудовлетворенность должна носить умеренный характер, не позволяя впадать в крайности.

Когда в твоей жизни все боле или менее стабильно, я сейчас говорю о себе, то неудовлетворенность проявляется, например, в понимании, что у большинства живущих вокруг дела обстоят не так хорошо как у тебя.

Года полтора назад в священный месяц Рамазан, как-то вдруг, само собой подумалось о ребятишках в школе – интернате. Собрали с сыновьями им гостинцы и отвезли. Столько радости было на этих детских лицах… Так все и началось. Стали обращаться за помощью люди. Как то сама собой потребность сделать чью-то жизнь чуточку лучше превратилась, практически, в потребность. Очень давно, уже не помню где, я прочитал такую фразу, что добрые дела способны «починить» нашу душу, если мы своими грехами и ошибками повредили ее… Думаю, что так оно и есть.

– Сколько казахов проживает в Пугачевском районе? Какова история их расселения?

– Согласно последней переписи в Пугачевском районе проживает 1870 казахов. Это третья по численности национальная группа после русских и татар. Расселение казахов в Саратовской области началось во второй половине XVIII века. Новая волна заселения, которая коснулась и Пугачевского района, проходила в момент коллективизации, создания колхозов и совхозов. Как известно, этот процесс сопровождался раскулачиванием и другими репрессивными мерами. Чтобы избежать произвола, казахи покидали родные места, приезжали в русские села, вливались в местную жизнь, coздавали семьи, воспитывали детей, прекрасно трудились. Старшее поколение помнит, какая слава шла о чабане К.У. Житваеве из пос. Чапаевского. Он был награжден двумя орденами Ленина, высшей в то время правительственной наградой. Или чабан из Преображенки Е.С. Кадержанов, участник выставки достижений народного хозяйства в Москве. Там он получил золотую и серебряную медали ВДНХ. Многие помнят чабана – орденоносца из Припольного А. К. Салимова. Сегодня казахские семьи живут в отделения бывшего совхоза «Чапаевский». Немало казахских семей в Преображенке, Давыдовке. Около 900 человек проживает в городе.

– Культурная автономия. Какими причинами вызвано ее создание?

– В большинстве своем, сохранив разговорный язык, казахи утрачивали какие- то традиции народа, его обычаи, культурные ценности. Поэтому появление общественной структуры, направленной на возрождение исторического наследия, было естественно и закономерно. В 1997 году в Саратове была создана культурная автономия. Ее основные цели – укрепление межнационального мира и согласия, сохранение и изучение казахской культуры и языка, развитие культурных и экономических связей между Саратовской и Западно – Казахстанской областями. В 2008 году Х.С. Хайров выступил с инициативой создания национально – культурной автономии в Пугачевском районе. Казахское население района поддержало это начинание. Хайров долгое время возглавлял Пугачевское отделение, а не так давно, мне предложили заняться этим делом. Хабер Сергеевич на данный момент является представителем нашего культурного центра в Общественной палате при администрации Пугачевского района.

– Односельчане обращаются к Вам за помощью?

– У нас национальное село. Здесь живут казахи. Помимо общероссийских, мы отмечаем свои традиционные праздники. Каждый год, например, справляем наурыз. Это праздник весны обновления природы. 14 марта тоже национальный праздник – курсайт. Это день почитания старших. Весной, после посевной, уже стало традицией собираться всей деревней и проводить садака. Здесь часть расходов я беру на себя, у нас так положено. Кто в состоянии что-то дать, тот не отказывает. Зимой выделяю технику для расчистки дорог от снега.
Теперь, помимо местных дел, я еще занимаюсь вопросами центра «Байтерек». Третий год не получается оформить его юридически, хотя по факту он существует. Наши коллективы участвуют в различных национальных фестивалях, занимают призовые места. Праздники Наурыз и день казахской культуры традиционно проходят в местах, где проживают казахские семьи. В допандемийное время мероприятий было больше. Звучали песни на родном языке, были национальные танцы, угощения – бешбармак, баурсак, курдак. Байтерек, кстати, переводится как богатое дерево.

– В современном обществе потребления и извлечения выгоды безвозмездная работа на благо общества выглядит какой-то игрой. Все ли мы готовы делать правильные и хорошие дела, если не видим конкретной пользы для себя, своей семьи?

– Удивительно, но проверено временем – именно те, кто меньше всего думает о корысти, получают пользу от безвозмездной деятельности. По собственному опыту скажу, насколько здорово испытывать чувство собственного достоинства, самоуважение, веру в то, что добро, в конечном итоге, побеждает зло. И если для людей зрелых, состоявшихся, общественная деятельность, как мы говорили выше, это мотивация для движения вперед, очищение души, то для молодых, мне думается, помимо успешной социальной адаптации, это дополнительные бонусы при поступлении в высшие учебные заведения (в частности – волонтерство). Общественная деятельность раскрывает прекрасные возможности для приобретения репутации ответственного, делового, обязательного, грамотного человека, в котором будет заинтересован любой работодатель.

– Какие мысли Вас чаще всего посещают, глядя на окружающую действительность?

– Явно прослеживается у всех, начиная от чиновников, заканчивая простыми работягами, нежелание понимать, что для того, чтобы жить лучше, нужно самим менять эту жизнь к лучшему. И во-первых, делать на своем уровне честно свою работу. Я с сожалением смотрю на то, как например, расходуются бюджетные средства, дотации и прочие финансовые  вливания. Последний пример – исчезнувший асфальт с улицы К. Маркса в Пугачеве, который уложили несколько месяцев назад. Такого бы не случилось, если асфальт купили надлежащего качества, работы были произведены с соблюдением всех технических норм. Согласны?

Все больше становится брошенных сел и деревень. Кто-то скажет, что это естественный процесс. Все эти агломерации, урбанизация. Может быть. Но смотреть на это невыносимо больно. От безысходности, от невозможности передать свои чувства тем, кто может остановить эту трагедию, достучаться до них, чтобы объяснить, что мы теряем. 
Русские деревни похожи на брошенных стариков. Они умирают молча, в полном одиночестве.

– Что Вы цените больше всего в своей работе?

– Возможность быть полезным людям.

– Расскажите, пожалуйста, о своей семье, откуда Ваши корни, где вы родились и выросли?

– Я родился в Советском районе, в селе Александровка. Там же родились мои родители. В 1964 году они поженились, а через год на свет появился я. Окончил десятилетку, поступил в Саратовский институт механизации и сельского хозяйства. После первого курса ушел в Армию. В 1985 году демобилизовался и продолжил учебу. В Саратове познакомился с будущей женой, она работала акушером в четвертом роддоме 8-ой городской больницы. Поженились. С тех пор живем дружно и счастливо. Вырастили двух сыновей. Оба при деле, свои семьи. Подарили нам с супругой двух внучек и двух внуков.

– Какое у вас было самое яркое и памятное событие в жизни?

– Их было много. Но главные – рождение детей и внуков.

– Оглядываясь на свою жизнь, вы не хотели бы что-то изменить в ней? Может, у Вас было желание прожить другую жизнь?

– Нет, ничего менять я бы не стал.

Вопросы задавала Е. Аристова