Юлий Борисович Харитон родился 27 февраля 1904 года в городе Санкт-Петербурге. В 1919 году окончил среднюю школу и в 1920 году поступил в Политехнический институт на факультет физики. В 1921 году студент Харитон начинает работать в Физико-технологическом институте в лаборатории Н.Н. Семенова. В 1925 году Юлий закончил физико-математический факультет со специальностью инженера-физика.

5432
Ю. Харитон

В 1935 году физику присвоено звание доктора физико-математических наук. В 1939-1940 годах он совместно с Зельдовичем Харитон выполнил цикл работ по цепному распаду урана. С началом войны он консультирует Наркомат обороны и Наркомат боеприпасов по вопросам, связанным с расшифровкой новых образцов вооружений противника и теоретического обоснования работ по вооружению Советской армии. В разгар войны Харитона пригласил работать к себе И.В. Курчатов. Конкретно созданием бомбы, всей физикой руководил он. Из города Арзамас-16 управлял процессом создания ядерного и водородного оружия во всем СССР.

Юлий Борисович Харитон был коммунистом. Настоящим коммунистом. Однажды его перевели на гособеспечение, дали ему открытый счёт. Это значит следующее: он мог придти в любую сберкассу СССР, и взять (безвозвратно) любую сумму денег. ЛЮБУЮ СУММУ ДЕНЕГ – теоретически – в пределах той суммы, которая была в распоряжении госбанка СССР, но практически – в пределах всех наличных денег, которые были в данной сберкассе на данный момент.

Через где-то месяца полтора, к начальству Харитона пришла его жена и сказала:

-Дайте ему хоть какую-нибудь зарплату!

-Зачем? он же может в любой момент взять любую сумму в сберкассе?

-Так он не берёт! Я уже у всех знакомых позанимала, дома есть нечего! Сделайте ему хоть какую-нибудь зарплату!

Харитон рассказывал, что к нему обратились с вопросом о том, какое у него воинское звание, и состоит ли он на учете в военкомате. Но поскольку тогда воинские звания – а он был к тому времени уже главой Арзамаса-16, то есть советского ядерного центра, и все эти армейские субординационные вещи происходили как-то автоматически, он ничего об этом не знал.

И вот Юлий Борисович, будучи очень ответственным человеком, с оттопыренными прозрачными ушами, в беретике, такой маленький-маленький, пришел по месту прописки в Москве в военкомат. Он пришел, жмется. А там здоровенный какой-то такой капитанище, который в этот момент по телефонной трубке болтает с возлюбленной, обсуждая ее коленки и прочие прелести, и который при виде маленького Харитона в этом беретике сказал: ты погоди, сиди, дед, сиди.

Харитон подождал 10 минут, наконец снова сказал, что, вот, вы знаете, мне надо было бы узнать, в каком я звании и состою ли я на учете. Ему сказали: ну вам же сказали подождать, да? Харитон терпеливо ждет. Наконец прошло 40 минут, и капитан соблаговолил двинуть свою тушу туда в картотеку и в архив.

А дальше, — Харитон рассказывает, — я услышал странные звуки. Я услышал, что что-то упало, потом я услышал топот. Через несколько минут ко мне вышли перекошенные и белые начальник военкомата, совершенно белый капитан – у них у всех были приставлены к вискам руки. Они сообщили, что он находится в звании: «товарищ генерал!». Причем сам Харитон рассказывал это без особенных эмоций, поскольку значения таким мелочам не придавал.

ruspekh.ru