Где- то за океаном хитроумные мужи изобрели теорию управляемого хаоса. Его можно достичь, подменив добро злом, а правду кривдой. Теперь ложь льется по Украине, забивает мозги, и люди мечутся в поисках здравого смысла, но не находят его и воюют друг с другом. Да что нам Украина. В Пугачеве есть люди, которые вранье сделали своим ремеслом. Редактор «Провинциальной жизни» Дима Паканин даже предстал перед судом за бредятину, которую нес в газете. На суде говорил, что добросовестно заблуждался, просил строго не наказывать. Его строго и не наказали.

Все, как в песне: «Вот пуля пролетела и ага». Судебное дело стало забываться. Газета двигалась дальше во времени и пространстве, отмечала недостатки, в основном разбитые дороги и, поднимаясь над мелкотемьем, 4 сентября текущего года опубликовала опрос жителей города и района о работе «скорой помощи». Уже сам заголовок «А помощь – то скорая?» настраивал на минорный лад. Анонимные респонденты наперебой поведали газете, что все плохо.

Вот страдания Степана. Ему 28 лет, живет в Пугачеве. Почувствовал озноб, температура 38,50. Домашние вызвали «скорую».

Существует порядок оказания скорой медицинской помощи. Экстренная форма содержит 10 пунктов, и все они представляют угрозу для жизни. К таким больным фельдшерская бригада едет в первую очередь. При неотложной форме явных угроз для жизни нет. К таким больным допустимо приехать в течение двух часов. Поэтому 20 минут, которые анонимный житель Пугачева подождал «скорую», его не переломили. Что касается температуры, то в «Правилах» о ней не упоминается, поэтому отклик бригад на подобного рода вызовы – это проявление доброй воли. Как раз та верность клятве Гиппократа, которую оплакивают респонденты газеты.

Скорая помощь не лечит, не ведет историю болезни. Она спасает, избавляет от боли, не дает оборваться жизни. В сутки на пульт диспетчера поступает в среднем 47-50 звонков. Среди них должен быть звонок из Большой Таволожки от пенсионерки Анны, 66 — ти лет. Вот что пенсионерка говорит со страницы «Провинциальной жизни»: «Диспетчер неохотно ответила: Да вы что? Вы знаете, какие у вас дороги? Скорая к вам не поедет. Посетите знакомых, друзей, у кого – то есть автомобиль, пусть вас отвезут. Время позднее. Мы не гарантируем, что вашей бабулей кто – то сейчас займется, скорее всего, придется ждать до утра».

Полная фальшь! Во — первых, диспетчер никогда так не скажет, зная, что ее разговор фиксируется на цифровом носителе. Аудиозапись – документ наряду с журналом учета входящих звонков. Во – вторых, найти в документах бабу Анну из Большой Таволожки не удалось, как не удалось найти ни одного из респондентов, которые выступили в «Провинциальной жизни». Фиксируются не только звонки и разговоры с диспетчером, но и номера телефонов, откуда идет вызов. Придумана якобы заявленная диспетчером рекомендация ждать врачебной помощи до утра. 

В августе 2010 года «скорая» доставила мужчину 55 лет с полной блокадой предсердно-желудочкового узла. Жизнь может уйти в любой момент.

В ту ночь дежурила врач Т. Н. Жукова. Большой стаж, большой опыт, знания. Ни паники, ни растерянности. Борьба за жизнь. 

Сердце остановилось. Прямой массаж заставляет его забиться. Через какое – то время остановилось снова. Жукова делает массаж – появляется пульс. Извечный вопрос: «быть или не быть» обретает действие, заставляет биться сердце. Борьба за жизнь до рассвета и потом ясным днем закатного лета. Постепенно состояние больного стало более стабильным. Его можно доставить в Саратов, в кардиохирургический центр. Я обращаюсь к этому дальнему факту, потому что был его случайным свидетелем. Но что изменилось с тех пор? Т.Н. Жукова по-прежнему работает, есть другие врачи. «Скорая» в любое время дня и ночи доставляет больных. В среднем пять из них в тяжелом состоянии. Как сказал основоположник, «промедление здесь смерти подобно». Так что медицинский персонал вытаскивает людей, как говорится, с того света.

Сейчас на столе у заведующей «скорой помощью» И.В. Климовой четыре благодарственных письма. Из Пугачева, Красной Речки, Успенки. Вообще – то, с добрым словом люди обращаются сюда достаточно регулярно.

Есть неблагодарные люди. Ложные вызовы – это не издержки профессии. Это овеществленное хамство, природное вранье. Фельдшер поднимается по лестнице на пятый этаж, звонок в дверь. Открывает заспанная девица: я вас не вызывала. За полгода 18 ложных вызовов. Что с этим делать? Был телефонный хулиган. Отловили. Затих, не мешает работать. Но появился другой. И в этой компании со своим анонимным опросом оказалась «Провинциальная жизнь». Что ж, по-видимому, газета нашла свое место.
Певец А. Розенбаум, семь лет отработавший врачом скорой помощи, как-то сказал, что «линейный» работник — это тот, который умеет делать все. Возьмите диагнозы. Фельдшеры пугачевского отделения скорой помощи мастерски точны. Расхождения при уточнении диагнозов в стационаре незначительны. Только два процента.

Сегодня численность обслуживаемого населения составляет 60,3 тысячи человек. Сюда входят и 18,9 тысячи жителей сел. В Клинцовке, Рахмановке и Старой Порубежке есть машины скорой помощи и выездные бригады. Они обслуживают удаленные от Пугачева села. В остальные 20 сельских населенных пунктов машины скорой помощи выезжают из Пугачева. Здесь работают 14 фельдшеров и 13 водителей. Текучести кадров нет. Если верить штатному расписанию, самому молодому специалисту 25 лет. Как тут не вспомнить температурного Степана: «Приехала совсем молодая девчонка: на вид лет 20». Тут или со Степаном что – то не так, или фельдшер выглядит на зависть.

И вот еще что, господа хорошие. Скорая помощь должна выехать минимум через 15 минут после сигнала вызова. Плюс время на дорогу. А вы вводите читателя в заблуждение, утверждая, что бригада должна быть у пациента через 15 минут.

Интересно, как будет оправдываться газета, если дело дойдет до суда? Вероятно, аудитория услышит монолог про добросовестное заблуждение.

Г. Аристов